Процесс  формирования постоянного населения, сообщества Колючего протекал долго, так и не успев завершится. Многие печальные факторы влияли на него, определяя особенности. Посмотрим на это в контексте общегосударственного спецпоселенчества и депортации. Поэтому в статье широко цитируются публикации по указанным событиям и процессам. Следует отметить скудность данных по обозначенным темам непосредственно по истории Шиткинского и Тайшетского районов. Поэтому авторы вынужденно  обращались  к косвенным свидетельствам, выбирая из них все важное для летописи Колючего.

    30-50 годы в СССР были временем массовых выселений и депортаций людей. Большая часть депортированных направлялись на спецпоселение. Другая часть в ссылку на срок, ссыльнопоселенцы в ссылку навечно, иные административно  высланными. Многие попадали в лагеря ГУЛАГа.

    В этой статье рассматриваются вопросы  кулацкой ссылки, депортации народов Польши, Украины, Прибалтики только в пос.Колючий Шиткинского района. Для многих из них остановка была вынужденной и не добровольной , как и сам на длинный и трагический сибирский путь.

       Кулацкая ссылка. Высылка на спецпоселение/трудпоселение началась в СССР в 1929 г. и распространилась на “кулаков” , поэтому ссылка эта получила название “кулацкая ссылка”. До 1934 г. таких высланных называли спецпереселенцами, затем до 1944 г. – трудпоселенцами, с 1944 – спецпоселенцами (все названия являются синонимами). на 1 января 1938 г. 353 912 трудпоселенцев были заняты практически во всех отраслях народного хозяйства. В Восточную Сибирь были направлены раскулаченные из разных областей СССР: Украина, средняя Волга, Центр.Черноземные районы, Башкирия , Ленинградская область и др.

    Раскулачивание   ссылка местных “кулаков” происходили и в Тайшетском , Шиткинском районах (образованы в 1924 г.), а также аресты и отправка в лагеря ГУЛАГа.      В целом по стране в  Красноярский край было сослано 58.2 тыс кулаков, в Иркутскую обл.-29 тыс. человек (по данным Земскова В. “Спецпоселенцы в СССР).

     Сколько раскулаченных прибыло в Шиткинский район, в спецпоселок этого района Колючий неизвестно. Есть лишь неполные данные по Тайшетскому району, дающие представления о масштабах ссылки, свойственные возможно и для Шиткинского района.. Например, в 1933 г. в Тайшетском районе имелось 13 спец – трудпоселков Объединенного Государственного Политического Управления СССР , крупнейший из которых пос.Квиток. По Шиткинскому району на начало 30-х годов таких сведений нет. Известно о существовании позже в 1952 году четырех спецкомендатур контролировавших 20 населенных пунктов района. Однако среди них по какой-то причине  не указывается  пос. Колючий. В 1938 г. в поселке было 50 учтенных хозяйств семейных и одиноких 146 жителей включая 57 детей, выбыло к январю 1939 г. 25 человек. По документальному источники этих сведений невозможно определить спецпоселенцы они  или нет.

    Косвенным источником о ссылке в Шиткинском районе является уже ранее процитированная статья партийно-советского активиста  Ф.Якушенка “Разгром кулацкой банды”. Однако в статья не дает понимания положения жителей именно поселка Колючий.

     Польша. В 1940 г. в системе учета НКВД  ссыльных появилась новая категория учета – контингент спецпоселенцев из Польши – осадники и беженцы с территорий страны   оккупированной Германией. Осадники  это участники советско-польской войны 1920 г.  , получившие земли в Восточной Польше. После присоединения Восточной Польши (западная Украина и Белоруссия) к СССР их начали ссылать в разные области страны, в т.ч. и в Иркутскую области, Красноярский край. С февраля 1940 г. по июнь 1941 г. из указанных областей и еще и из Литвы было депортировано 380 тыс. человек. В 1942 г. на поляков – спецпосленцев, иностранные подданные разных национальностей (собственно поляки, евреи, украинцы, белорусы, немцы и др.),   была распространена трудовая повинность. В первые годы после нападения фашистской Германии на СССР поляки из Тайшетского и Шиткинского районов призывались  в армию Андерсона, в дивизии им. Костюшко.

     В Красноярский край вывезено 14 788 чел., в т.ч польских осадников 13.3 тыс. и 1449 чел. беженцев; в Иркутскую область –  2914, в т.ч. 593 и 2321 чел. соответственно.

    Обратимся к польским материалам о депортации: Из воспоминаний Евгения Грабского, высланного в феврале 1940 г. и вместе с родителями вывезен в Колючий, : в качестве афоризма он приводит текст песни польских сибиряков: “ Десятый февраль будем помнить, Пришли Советы, ночью нас забрали (взяли) И наших ребят в сани садили, На главную станцию нас повезли”.

      Комментарии пана А. Пискадло, родившийся в Колючий, куда были вывезены его родители, этих воспоминаний: “…Песенка (фрагмент), созданная поляками в Сибири, наверное, в 1940 году, отсылающая к трагическому моменту первой массовой депортации поляков – 10.02.1940 г., из восточных районов довоенной Польши Креси Вшодние (занятые советскими войсками 17.09.1939 и в следующие дни сентября). Вторая массовая депортация была 13 -14.04.1940 г.. Случаи единичных и семейных вывозов происходили, разумеется, и позднее. Третья волна вывоза поляков (тоже из сегодняшней территории Польши) в Сибирь наступила уже после освобождении Польши 1944-1945 и касалась главным образом солдат польской Армии Крайовой (АК).” 

      А.Пискадло подтверждает депортацию поляков в разные даты: “…Я, отец, мать, сестра и два брата – как знаете, депортированы и провели в Иркутской области 6 лет (1940-1946); другие Пискадлы – часть семьи кузенов– были депортированы 13/14 апреля 1940 г. (вторая волна массовой депортации) в Казахстан из г.Дрогобыча (сегодня в Тернопольской области Украины); один их этих кузенов, Виктор Пискадло (1907-1940) был расстрелян в Катыне; его брат Юзеф (Иосиф) 1909-1944) был убит гитлеровцами в июле 1944года в лагере Колдычево под Барановичами (Белорусь); моя тетя – Ванда Януш– была сожжена в гитлеровском лагере Освенциме (Аушвиц); моя двоюродная сестра Валентина Ярош была в 1944 году убита (серией из пулемета) русскими освободителями…Богата жатва самих только Пискадлов…”.

   По карточкам учета депортированных поляков из Восточного архива Польши установлены довольно большие две польские семьи, вывезенные в феврале, прибывшие в Колючий в марте 1940 г., в т.ч. семья А. Пискадло. Документы Восточного архива изучены не полностью , ныне не доступны, оттого не все семьи поляков прибывших в Колючий установлены. Гораздо больше польских семей направили в Квиток, Каен, Пойму и др. нас. пункты.

   По материалам архива ЗАГСа о родившихся и умерших в 1940-1941 гг. установлены еще еще 27 имен польских граждан поселенных в Колючем.

   В период 1947 – 1957 гг. в Колючем проживало еще 8 семей (16 человек).

    Таким образом, всего по выявленным документам установлены имена 45 поляков, из которых 14 человек продолжали жить в Колючем еще в 1952-1954 гг.

     О трагизме депортированных поляков в Сибирь написано немало воспоминаний, статей, науч.работ. Из доступных повествований выберем свидетельства касающиеся Колючего: Евгений Грабский “…Эта трагическая поездка тянулась с остановками около двух месяцев… Не помню дня и названия местности , когда эшелон остановился в чистом поле. Отодвинулись двери вагонов, нам приказали выйти. Солдаты стали распределять нас по саням, ждавшим нас у леса. …Поехали дальше к месту своего назначения. Вообразите себе, как мы выглядели – куча завшивленных оборванцев. …На подводах мы имели избыток свежего воздуха, но нас донимал мороз и недостаток пищи. На коротких остановках для отдыха времени варить что-либо не было. Особенно страдали маленькие ребята…Поездка – кашмар окончилась около 15 мая 1940 года на краю девственной тайги, на берегу грозно вырисовывающейся реки. Выгрузились с подвод. Мужчинам дали топоры и пилы, известили что здесь будет станция , здесь будем жить. …Отцы и деды взялись за топоры, приступили к вырубке сосен для строительства бараков, а мы, дети и молодежь, собирали хвою для утепления срубов. Мамы и бабушки стали готовить пищу уже из воды реки Поймы. Поселок тот мы назвали Колючий, потому что нас действительно все кололо. На эту тему возникла песня:

Проклятое это место Колючий,

Получу хлеба всего 800 грамм

и запью водой…”.

Благодаря Божьему покровительству, река была для нас сокровищницей питания. Она имела много рыбы, и мы быстро утоляли голод.

   И вот так проходит 1940 год, несчастный. Тогда родилась и такая песня:

Десятое февраля будем помнить,

Пришли Советы, ночью нас забрали

И наших детей в сани садили,

На главную станцию нас повезли…”

Чтобы не было совсем хорошо 15 мая умирает мама от тифа…В июле 1941 г. всю нашу семью переводят в окрестности Тайшета, отцу дают работу  по изготовлению валенок для фронта…”.

    Воспоминания Е.Грабского требуют уточнений, что и сделал А.Пискадло:” : “Скорее, 15 марта (о дате завершения поездки и прибытии в Колючий-Е.С.). Подтверждают это десятки анкет в варшавском Восточном Архиве… Моя семья вывезена из тех же мест (может быть тем же самым транспортом) и привезена в Колючий – прибыла туда приблизительно в середине марта. Автор, видно, путает дату приезда с датой смерти матери, уже в Колючем, 15 мая, о чем пишет дальше. Эшелон остановился, наверное, в окрестностях Красноярска, и от этого места ехали  санями – в Колючий на Пойму. Автор путает Пойму с Енисеем. Может быть Енисей – как огромная река – произвел на всех необыкновенное впечатление и потому так укрепился в памяти так, что вызывает ошибки”.

   Требуются уточнения и комментарии А.Пискадло: от Красноярска до Колючего на санях никак не могли везти депортированных – это очень далеко: примерно 400 километров. Вероятнее всего, что поезд остановился в Тайшете или на станции Решоты. От Решот до Колючего примерно километров 150-160. Хотя в 1940 году от Решот-Пойма ходили поезда, которые вывозили заготовленный заключенными лес. Если бы поляков везли на этом поезде до Колючего, то до места жизни от станции Колючий рукой подать, и никакой гужевой транспорт не понадобился бы. Собственно о каком Колючем в воспоминаниях идет речь? Ныне есть станция Колючий на ж/д Решоты – Багучаны и есть поселок Колючий, что в 2-х километрах от станции. И еще один момент: поселок Колючий находился на правом берегу реки Пойма.

    Збигнев Домино “Польская сибириада” о путях доставки поляков в Колючий пишет так: Из Канска на восток в “излучину не менее знаменитой реки Бирюса, впадающей в Енисей”, …Покровка, река Пойма, населенный пункт Кедрачи, через неделю после выезда из Канска добрели они до места ссылки – Колючее.

     По этим геотопонимам невозможно проследить путь конного обоза, автор не стремился быть точным в географии, как и некоторых иных описаниях своего художественного произведения. Как источник исторической  информации оно не может быть, так как содержит множество, мягко говоря, неточностей. Единственное что достоверно, так это нахождение в Колючем и соседних селениях спецпоселенцев, свободных граждан.

Продолжение следует

Loading