Амбарные книги Черневского А.Ю.

Черневского Адольфа Юрьевича, внештатного корреспондента районной газеты, можно смело причислить к  когорте тайшетских краеведов, исследователей истории  Шиткинского партизанского фронта гражданской войны в Восточной Сибири. Результаты его  творческой деятельности достойный особого внимания и признания.  Как и Криволуцкого Прокопия  Дмитриевича, автора широко известной в научных, краеведческих кругах книги «Шиткинские партизаны», 1934 года издания.   Оба они, занимаясь историей партизанской борьбы, иногда прибегали  к частичному научному   объяснению   некоторых   её событий.  Однако, между ними была  существенное отличие: Криволуцкий П.К. был   мемуаристом, а Черневский А.Ю.      журналистом-краеведом  без специальной профессиональной подготовки. 

      В районной газете ( «Заветы Ленина», «Заря коммунизма») за 1955   -1984  гг было опубликовано 342 заметок, очерков, рассказов, переводов с немецкого языка,   фельетонов, стихотворений Адольфа Юрьевича. Это хороший показатель для внештатного корреспондента, как говорили тогда — селькора. 

    В 1957 г. Адольф Юрьевич обратился к    начальному периоду истории Советской власти на тайшетско-чунской земле,  политической ссылки, событиям февральской и октябрьской революций, гражданской войны и партизанского движения. И до конца своего историко-литературного творчества не изменил выбранной теме. В  1957  -1984 годы  в районной газете было опубликовано   около 200 (точное число установить невозможно из-за отсутствия в архиве бронированных номеров  газет за некоторые годы)  его краеведческих статей, очерков, тематических краеведческих страниц и т.д.. Большая часть из них это очерки о Шиткинском партизанском фронте  и партизанах. Без преувеличения можно сказать — так много и плодотворно  как он   в те годы никто в Тайшетском и Шиткинском районе     не занимался сбором и распространением  краеведческих знаний. Пусть даже и не столь   прдолжительного по времени и узкого по теме периода истории нашего края .

     Изучением прошлого района, Шиткинского фронта параллельно с Адольфом Юрьевичем занимались Лифантьев А.Н., Петров А.И.,   Якушенок Ф.Я., Никонов А. , но такого количества публикаций не имел ни один из них.  

     Черневский А.Ю.,   будучи даже  журналистом   газеты другого региона (  «Красноярский лесник» (1968-1969 гг.),    сумел и там опубликовать две   краеведческих статьи,  одна   довольно  большая    — «Конец сухопутного адмирала» .  

      Надо отметить, что пропаганда знаний истории родного края стало постоянной рубрикой  районной  газеты  с конца 50-х годов.   Краеведение в эти годы  превращалось в широкое общественное  движение. Началось  детско-юношеское геологическое движение с целью изучения не только истории, но и географии. Был объявлен Всесоюзный поход молодежи по местам революционной, боевой и трудовой славы советского народа (1965).  Создание в 1966 году Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, основной задачей которого было оказание помощи государству в изучении, охране и пропаганде всех видов памятников.  Одним словом, краеведение   вновь было на подъеме.   Не оказался в стороне и Тайшетский район. В 1949 г. к 52-й годовщине  основания населенного пункта Тайшет  в районной газете была опубликована первая  краеведческая статья  Чуркина Л.  — «Тайшет сегодня».    

    Адольф Юрьевич почувствовал огромный   общественно-значимый потенциал новой темы и широкие возможности для творчества.  3 октября 1957 г. он опубликовал свою первую краеведческую статью  «Старожилы», рассказ   о   первых жителях и строителях  железнодорожного разъезда и станции Суетиха (г.Бирюсинск).  Он первым обратился к истории заселения чунско- шиткинского- тайшетской земли и  основания населенных пунктов.     

      Однако, главной и единственной темой     его   литературно-краеведческого  творчества стала история установления Советской власти в Тайшетской, Конторской, Шелаевского волостях в годы гражданской  войны.  Как известно, вооруженное противостояние политических сил  приобрела здесь   форму  партизанской войны, без боевых действий между  регулярными частями  Красной и Белой армий.

     Читателей таких статей Черневского А.Ю., вероятно,   интересовал    вопрос — откуда   он так много и  детально     осведомлен о   Шиткинском фронте и его партизанах? Удивляло, к примеру, и знание   им даже цвета  страховочного шнура  на нагане   Бича -Таежного Ивана Андреевича,  одного из организаторов  и  руководителей фронта.  

     В своих статьях указаний на источники  сведений Адольф Юрьевич     не делал,  но   всегда было ощущение их множества, широты и разнообразия  по содержанию и происхождению.  

         Как он сумел создать такую источниковую базу?     Без ответа на этот вопрос понимание значимости его творчества будет неполным.

      Небольшое отступление.   Преддверье —  любопытная сфера обитания  человека, где формируется  все необходимое для успешного пребывания   в задверье, то есть в новом мире.     Изучение краеведческого наследия Адольфа Юрьевича есть такое обязательное преддверье. Это подготовка к шагу в задверье,  в историю  Шиткинского партизанского фронта. Изучение собранного им материал позволяет   понять историю вооруженной борьбы  1919 г.   за власть Советов в волостях западной части Среднего Прибайкалья.

       По большому счету      партизанская история Черневского А.Ю., тайшетцам по настоящему неизвестна, так как  она существует только в газетном варианте. Читать же подшивки старых газет желающих мало, а в  научных трудах   нет ссылок на его краеведческие статьи или художественно-документальные очерки.     Между тем  они   , будучи одной разновидностью документов  нарративного источника, имеют определенную ценность.  К сожалению, личный архив Черневского А.Ю. долгое время не был оформлен как положено, часть дел была утеряна, некоторые материалы попали к людям, неспешащим сдать их в архив  и  пользующихся  ими, выдавая при этом   их как  материалы своих «домашних»  архивов. [1]

    Создавая источниковую базу Черневский А.Ю.  довольно продуктивно работал   в архивах  Красноярского края (ГАКК) и Иркутской областной организации КПСС (  Государственный архив новейшей истории Иркутской области). Знание  архивных документов и воспоминаний сделало его настоящим  знатоком истории Шиткинского партизанского фронта.   

    Свидетельствами    большой работы по сбору исторических материалов являются    его  папки-накопители  «Документы к истории Шиткинского партизанского фронта», с пометками   их изучения  именно в архивах, а не только по   разным  публикациям и сборникам документов. В одной только   папке № 3 его личного фонда  хранятся    копии   более 230 документов, обнаруженных    им  в архивах, плюс   еще скопированные из  разных сборников документов. Среди них есть,      например,  материалы   так называемых партизанских комиссий,  довольно редко упоминаемые в краеведческих публикациях.   Тайшетские  краеведы никогда их  не изучали, а Адольф Юрьевич знаком был с ними и использовал   частично   в своих трудах.  В этом   и есть одна из его заслуг —   введение  в научно-краеведческий оборот редких архивных документов.

    В письме к бывшему партизану Малееву Н.Е. в сентябре 1960 г. он писал:  «Копался днями и ночами в архивах Иркутска и Красноярска, собрал массу интересных документов, на обработку которых уйдет вся зима.».  Он  старался как можно больше пополнить  источниковую базу,   хорошо  понимая  важность документального исторического повествования, что   писать о Шиткинском фронте основываясь лишь на воспоминаниях участников и свидетелей,  нельзя.  В другом письме к Малееву Н.Е.  он сокрушался: «Сейчас в нашей местной газете печатается мой очерк о красильниковском бое. Ох, и трудный этот материал! Партизаны прут, кому что в голову придет. Вот я и выворачиваюсь». Речь идет об обороне партизанами сёл Бирюса и Конторка весной 1919 г. от наступающих отрядов    атамана Сибирского казачьего войска Красильникова И.Н..    

      Работать в архивах для Черневского А.Ю., провинциального краеведа-любителя,  было   не просто  в силу банальных причин: их  удаленность, отсутствие свободного времени и денег, работа , семейные дела,  общественные поручения, подготовка статей  для газеты и иные заботы.  Тем не менее, он там работал.

      Помимо этого  в 60-70 годы  он   активно собирал  воспоминания  о Шиткинском партизанском фронте. С этой целью посетил многие населенные пункты  Тайшетского, Чунского, Кежемского районов, потратив на это  силы,  время и средства, но, как показало время, дело того стоило. В 1960 г., например, на встречи  лишь с семнадцатью  респондентами и  на  записи, редактирования  их воспоминаний,  он затратил    два месяца своего личного времени. А ведь помимо  этого,  будучи  внештатным корреспондентом «Зари коммунизма»,  он писал и публиковал   газетные статьи,  создавал  «Антологию партизан и подпольщиков», искал (именно искал!) и  изучал  публикации по революционному и  партизанскому движению в Сибири.  Вся его работа есть пример бескорыстного служения   Истории своей новой родине — Тайшетскому району.

       Как у  творческого   человека у него было множество дел и    мало времени. 

           Черневский А.Ю.  изучил  документы из   сибирской исторической хрестоматии Гудошникова М. , [2]    сборников   «Партизанское движение в Сибири.»[3],   «Годы огневые, годы боевые» [4], «Документы героической борьбы» [5], «Борьба за власть Советов в Иркутской губернии» [6], «Как мы боролись    за власть Советов в Иркутской губернии» [7] , Криволуцкий П.Д. «Шиткинские партизаны».[8]  

   Это существенно расширило  источниковедческую базу его исследований и газетных статей.     Она была уже достаточной не только  газетных очерков, но и для  полноценной книги. Идею  её издания Адольф Юрьевич вынашивал, но и тщательно (во всяком случае он так считал) скрывал. Не просто мечтал о книге,   придумал ей  название — «Зарево над Бирюсой» и написал черновые варианты первой  главы .   

      Однако, одних архивных документов ему было не достаточно. Адольфу Юрьевичу требовались   разнообразные краеведческие материалы, ведь он   работал в жанре   литературно-исторического очерка. И как   внештатному корреспонденту   районной газеты, привыкшему иметь дело с реальными людьми, а не как ученому-историку более склонному к архивной работе, ему нужны были именно живые свидетельства людей. И он  собрал такие рассказы и   хорошо воспользовался ими, чем      частично  опроверг     постулат   «нет документов — нет истории».

      Среди документов личного архива Адольфа Юрьевича сохранился рабочий вариант   ответов на вопросы корреспондента «Заря коммунизма» по случаю получения премии  им.Цветкова М. Вот одна его мысль: «С одной стороны документ составляет исторически достоверный факт, но он сух, как осенний лист; живой собеседник, участник или очевидец события, оживляет и дополняет его».

     Был случай   когда нашему герою    попала в руки архивная анкета и воспоминания «главного партизанского доктора» Романовского Г.И. — интереснейшие документы по участию жителей д.Новый Акульшет в партизанской войне. И   Адольф Юрьевич пожалел, что не расспросил Георгия Ивановича   сам, будучи хорошо с ним знаком: «Я лично знал этого человека,…но было это давно, когда меня еще не пленило героическое историко-революционное прошлое нашего района. Думал ли я, что мне придется так  жалеть об упущенной возможности. Какой живой источник, какого собеседника я потерял!». [9]

       Как известно, воспоминания субъективны, подвижны, порой  воспроизводят несущественные мелочи и пропуская главное,  но именно в них отражается личностное восприятие, оценка происходившего,  психология отдельного человека.   Чрезвычайно интересны и отступления вспоминающего от конкретного воспроизводимого и рисование каких-то фоновых картин. Именно такими зарисовками полны воспоминания наших земляков, записанные Адольфом Юрьевичем в свои в амбарные книги.  Он пользовался канцелярскими книгами  местной типографии, что было удобно и дешево.

       Одним словом, обращение Адольфа Юрьевича     к  устной истории, специфическому  виду исторического исследования, было логичным и правильным. В Тайшетском районе в те годы он был, наверное, первым и единственным серьезным собирателем   преданий старины глубокой.

      Продукт устной истории — это   сообщение отдельно взятого человека, которое     достойно  изучению, при понимании своеобразности такого источника информации.   При этом надо учесть, степень  правильности  применения  технологии устной истории при сборе воспоминаний. Такие научные премудрости вряд ли занимали Адольфа Юрьевича, хотя есть   свидетельства  его  попыток  придерживаться  научных  рекомендаций. В бо́льшей степени ему помогал  журналистский  опыт  общения с людьми.     

       Однако этого было недостаточно для успешной работы. Дело осложняло Время. Оно безжалостно стирало в памяти тайшетцев детали партизанских событий сорокалетней давности,   искажало картины прошлого.    Адольф Юрьевич часто  сокрушался по этому поводу в письмах к знакомым и друзьям.      

      Он собирал воспоминания довольно долго   и настойчиво, обращаясь с расспросами к некоторым людям по нескольку раз. Первые беседы и записи воспоминаний в амбарных книгах датируются 1958 годом, а последние    1973 г.      

       В предисловии к амбарной книге № 4 он писал:

      «Встречи с участниками партизанского движения Шиткинского фронта  я стал вести с начала 1958 г., когда во мне прочно засело решение воскресить эту героическую эпопею всенародной борьбы против колчаковщины, за власть Советов…За полтора года я побеседовал с 70 лицами — участниками партизанских боев и старожилами, три книги записей бесед позади, открывается четвертая книга, подводящая меня к концу собирания сведений. Еще год-два подготовительной работы и поисков и картина героических событий в районе Тайшет — Кежма и Тайшет — Талой, а по линии ж.д. от Тинской до Алзамая станет для меня настолько ясной, как будто я сам участвовал в этих боях, в этой великой борьбе за Советскую Сибирь…».

     Записи в   книге № 4  были сделаны  им в 1961 г.  И если он планировал  продолжить подготовительную работу и сбор воспоминаний еще «год-два«, то ошибся   в прогнозах. Воспоминания , записанные именно  в амбарных книгах, он активно собирал вплоть до 1973 г.,   это 15 лет из всей тридцатилетней краеведческой работы.   

      Надо сказать, что воспоминания о партизанской войне собирались и  до него. Например,   партизанскими комиссиями, созданные  при партийных органах краев, областей для выполнения постановления ЦИК и СНК СССР от 13 января 1930 г. «О льготах бывшим красногвардейцам и красным партизанам».   Эти комиссии выясняли причастность людей к партизанскому движению для выдачи    «Удостоверение бывшего красногвардейца и красного партизана»  для получения ими  льгот, пенсий. На заседаниях комиссий заслушивали и записывали рассказы претендующих на получение таких удостоверений.  Эти комиссии, существовавшие до августа 1935 г., и сыграли большую  роль в выявлении и учете красных партизан, сохранении их свидетельств.   

      Что касается сбора воспоминаний всех участников борьбы за Советскую власть, не только партизан,  то это началось еще в   первые же годы после революции .  В краткой исторической справке о   государственном архиве новейшей истории Иркутской области сказано: » С сентября 1920 г., когда Декретом СНК при Наркомпросе РСФСР была создана Комиссия для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и РКП(б) (сокращенно «Истпарт») и его истпартбюро на местах, переданные затем в ведение партийных органов. Созданное в г. Иркутске в 1922 г. истпартбюро, с 1925 г. – истпартотдел, входил в структуру Иркутского губкома партии, занимался сбором документов по истории партии и гражданской войны и их публикацией. В сентябре 1931 г. было принято решение секретариата Восточно-Сибирского крайкома ВКП(б) о создании партийного архива в составе истпартотдела крайкома. В декабре 1939 г. истпартотдел был ликвидирован, его функции переданы партийному архиву Иркутского обкома партии.[10]  

      Интересны следующие данные истпартотдела о партизанах    Тайшетского  и Шиткинского  районов на 1932-1933 г.г.  — таковыми  было признано соответственно 137 и  147 человек,[11] всего 284 человека.  

    По материалам личного фонда Черневского А.Ю. в 1919 г. в партизанское движение было втянуто    более 2.5 тысяч человек, включая добровольцев, мобилизованных и содействующих.   В воспоминаниях Козлова И.М., записанных в амбарной книге № 4, записано, что только в Конторке и Бирюсе было уже около 1500 партизан.

      В документах гражданской войны и партизанского движения в Восточной Сибири можно встретить самые разные сведения о численности отрядов Шиткинского фронта в целом и при участии их в  конкретных боевых событиях. Однако, достоверность их вызывает сомнение. Например, по отчетам командования чешского легиона только в одном лишь в бою за ст.Тайшет 8 мая 1919 года  участвовало 1000 «большевиков».[12]    Такие данные расходятся со сведениями самих партизан. Серьезные расхождения и в определении числа погибших, при этом сторонники партизан указывали весьма сомнительные данные. Исследователями амбарных книг была сделана выборка имен партизан, мобилизованных в партизаны и содействующих им и в окончательном списке партизан оказалось…..имен. И что? 

      В фондах бывшего партархива Иркутской области (ныне Центр документации по новейшей истории Иркутской области) хранятся воспоминания Апановича Д.А.[13], Антонова Ф.А.[14], Верченко И.В.[15] Отрывки из этих воспоминаний  Черневский А.Ю. включил в    свою  амбарную книгу № 9 .

    Можно сказать, что он  закончил начатый когда-то другими людьми  сбор воспоминания бывших партизан  в отдельно взятом районе. И сделал это правильно,  довольно успешно.

  Для такого дела амбарные (канцелярские)  книги подходили лучше всего  — толстые, большого формата, в твердой обложке, что удобно в полевых условиях,    на 100 и более страниц в линейку или в клеточку , предназначенные прежде всего для бухгалтерских записей, учета товаров, материальных ценностей. Такие книги были в те годы обычным  канцелярским товаром артикула 1476 местной типографии продаваемая  по цене 70 копеек. Название книги — амбарная, происходит от слова амбар, или житница, где и хранились, как известно,   материальные ценности и прежде всего хлеб, то есть зерно. Помимо прямого назначения такие книги стали использовались и для ведения  протоколов разных собраний-заседаний, дневников, то есть для продолжительных записей о чем-либо.  Адольф Юрьевич учитывал  в них свои ценности —  чистовые, то есть отредактированные, воспоминания партизан и старожил, свидетелей событий прошлого, и не обязательно только партизанского. 

Всего же  личный  фонд  Черневского А.Ю. в архивном отделе   администрации Тайшетского района   более трех тысяч  разнообразных документов, собранных в 42 дела,   и  шесть амбарных книг   воспоминаний.   Адольф Юрьевич   обозначил их так: №2-3, №4, №5, №6, №8, №9.  К сожалению, как видим, несколько книг  найти не удалось, есть предположение о их нахождении в частных библиотеках тайшетцев. Есть и надежда,  что все документы  все таки передадут в  архивный отдел администрации района.

     В амбарные книги  Адольф Юрьевич чернильной авторучкой переписал  литературно подработанные воспоминания своих собеседников. Количественные подробности о каждой книге указаны в прилагаемой таблице.

Если быть уж совсем точным, то Адольф Юрьевич собирал краеведческие сведения, воспоминания о шиткинском партизанском фронте все годы своей краеведческой деятельности. Однако, время активного занятия устной историей, то есть создания амбарных книг, приходится на 1960 -1966 годы. Именно   собранные и записанные    воспоминания  легли в основу его газетных очерков     60-х и первой половины 70-х годов прошлого века. Среди них были большие по объему для районной газеты  очерки —  «На смертный бой», «Конец сухопутного адмирала», «Шестая рота» ,  которые публиковались в десяти и более номерах небольшой районной газеты.

Черневский А.Ю. многие воспоминания получил в письменном виде в результате почтовых переписок. Как видно из таблицы, в  личном архивном фонде хранится 384 письма, в том числе его ответы на письма.   Среди писем чрезвычайно информативными были письма участников событий Дискова Г.К., Малеева Н.Е., Климова А.М., Короткова Н.Ф., Козлова И.М., Кропотова И.А., дочерьми Бича-Таежного И.А.

В амбарных книгах Черневского А.Ю., помимо  записей воспоминаний, имеются очень интересные  и весьма ценные  краеведческие материалы —  это      планы и схемы  , нарисованные  и начерченные им самим   по рассказам интервьюируемых.    Некоторые из них выполнены с завидной тщательностью,   в цветном изображении, одно — двух страничном  формате, правда, без особого соблюдения топографических требований.   Это упрощенные планы местности, населенных пунктов, более похожие на рисунки,   тем не менее, имеющие хорошее информационное содержание. К примеру, не существует, а возможно и есть где-то далеко-далеко в архивах, плана расположения заимок и пашен жителей д. Авдюшино, с.Бирюса   в окрестностях   Тайшета и Бирюсинска.    Адольф Юрьевич такой план нарисовал по свидетельствам знающих людей. Всего в амбарных книгах  68 самодельных планов и схем семи видов, в т.ч. планы  местности (18);  схемы населенных пунктов и их отдельных районов (24), планы  расположения заимок и пашен (2); схемы боевых действий (7); рукописные копии партизанских документов и печатей (3); планы различных построек и зданий (10); схемы и рисунки различных приспособлений и деталей одежды (4).  

 В воспоминаниях содержатся то, что  разрушают представления о партизанах, событиях их борьбы, сформированные газетными публикациями Черневского А.Ю. Адольф Юрьевич оказался заложником своих политических убеждений и существовавшего в стране режима, методы и приемы которого он крайне тяжело испытал на себе. В воспоминаниях   , например, засвидетельствованы преступления  партизан, однако в очерках Адольфа Юрьевича им не нашлось места. Не писал он и   о требованиях  некоторых партизан судить Бича-Таежного по итогам налёта на станцию Тайшет 8 мая 1919 г.. Суд якобы не состоялся по причине большого авторитета Бича И.А. Это лишь один из примеров замалчивания Черневским А.Ю. нелицеприятных свидетельств о преступном поведении партизан.

 Амбарные книги Черневского А.Ю. относятся к мемориальному классу устных источников  , а по жанру — это   устные рассказы, и даже песни, а некоторые из них  носят даже легендарный, мифический  оттенок, так как  овеяны  славой, часто ошибочные и вымышленными эпизодами, неточностями. К их числу, например, относятся рассказы  некоторых людей о Биче-Таежном И.А. Иногда чувствуется   редактирование воспоминаний, правка воспоминаний Черневским А.Ю. Особенно рассказов о Биче-Таежном. В те годы активно велась героизация партизанского движения, и нужен был герой, и Адольф Юрьевич активно создавал образ  героя, руководителя, большевика -комиссара  Бича-Таежного И.А. В этом деле он даже пренебрёг принципами  научной этики. 

 Была еще одна примечательная сторона процесса сбора воспоминаний.  Встречи и беседы были частью  патриотического  само-воспитания тайшетцев, создания у них ощущения  что   «есть у Революции начало, нет у Революции конца»  [17] и чувства причастности   к ней, и прежде  самого Адольфа Юрьевича.    Статьи о Шиткинском фронте, которые  читали тайшетцы, стирали в их памяти собственное видение этого прошлого и подменяли их чужими, идеологически выверенными штампами, установками.  

       Отбросив идеологические нюансы творческой деятельности Черневского А.Ю.  следует признать положительный факт:  никто из тайшетских краеведов-историков   не сделал это так как   Черневский А.Ю. В разные годы   велись  записи воспоминаний  о разных событиях прошлого, но  это было несравнимо, даже в совокупности,  с тем, что сделал он один. Ни по численности опрошенных, ни объему записей,  ни по общей продолжительности проведенных встреч и бесед, ни по количеству зафиксированных исторических фактов, полученных новых знаний.

В этом смысле стоит оценить, например, некоторые  этнографические сведения,  содержащиеся в амбарных книг. Этот материал  естественно вписался в общее повествование книг  и тем самым украсил их , создав  реальный   пейзаж,  на фоне которого протекала партизанщина.   Этнографические сведения, в совокупности с остальными,  позволили в некоторой степени понять уровень общей материально-культурной жизни населения чунско-тайшетской земли, ставшей основной территорией партизанской борьбы.

Имеющийся в амбарной книге этнографический сведения можно сгруппировать так:

— сведения о происхождении постоянного населения

— устройство жилища, хозяйственных построек, охотничьего инвентаря, орудий труда русских сибиряков и коренных жителей чунско-тайшетской земли (эвенков)

— перечень  пашен  и заимок

— названия трактов  и волоков

— виды транспорта

— праздники и верования

— элементы устного народного творчества

— особенности языка русских поселенцев и старожил

— церкви чунско-тайшетской земли

— географические сведения.

Такого ценного этнографического материала никогда не было в распоряжении тайшетских краеведов. Никогда в районной газете не публиковались краеведческие этнографические статьи. Материалы  из амбарных книг Черневского А.Ю.   стали доступны тайшетцам только благодаря сохранению его архива.

очень гордился тем что опубликовал в сб Рев подвиг статьи о Биче и Кепуле -«прогресс на лицо!»

по моей инициативе и по моеум пану провели весер в честь 90летия Н.Бурлова — в письме малееву от30апр 1973

Захоронение 4 чехов убитых в январе 1920 г. в Юртах!!!Переписка с Никитиным стр 203

  Во-первых, речь идет о допущении в историческую науку множества
субъективностей – от жизненного опыта разных людей до личных
интерпретаций исследователя. Признание за каждым респондентом равных
прав на свой взгляд, оценку и опыт ведет к отказу от построения единой
картины прошлого. В результате длительной работы по формированию
вопросника, поиску респондентов, проведению интервью с ними и
сопоставлению множества высказываний возникает исследование, которое не
претендует на обобщаемость, фактическую точность и статистическую
репрезентативность своих данных.
Во-вторых, звучат сомнения относительно надежности сведений,
полученных интервьюерами от людей в устной беседе. Сжимая годы жизни в
часы рассказа о ней, рассказчик часто путает даты и названия, соединяет
разные факты в одно событие и т.п. Надо учитывать и то, с чем мы имеем
дело: с воспоминаниями очевидцев или историями «трансляторов» чужих
воспоминаний.
В-третьих, возникают проблемы соотношения устной истории с
историей «обычной». Можно говорить о «сопротивляемости интервью по
отношению к упрощающим обобщениям». Ведь жизненный опыт
респондентов предстает часто совсем не таким гомогенным, каким его
описывают профессиональные историки. Да и интерпретация ответов
респондентов может быть расширена до масштабов «большой» истории
лишь в той мере, в какой исследователю удастся путем анализа
многочисленных интервью продемонстрировать регулярность тех или иных
проявлений.
В-четвертых, мнения, высказанные интервьюируемыми, в большинстве
случаев отражают их сегодняшний жизненный опыт, а не то, что было ценно
для них в прошлом. Кроме неосмысленных воспоминаний о важных
моментах своей жизни, нередки и скрытые интерпретации пережитого,
относящиеся к прежним жизненным установкам. Подобные паттерны
довольно сложно связать с определенными контекстами былого опыта.
В-пятых, необходим учет ситуационного контекста интервью —
сочетания ожиданий участников, социальной обстановки, интерактивной
процедуры, цели встречи и т.п. Вполне обоснованы и опасения по поводу
этических проблем, встающих перед устными историками. Ведь в ходе
интервью может возникнуть ситуация, когда воспоминания слишком

В 30-е годы потребовалось установить точные сведения о людях, принявших участие в партизанском движении для выдачи им партизанских книжек и начисления им пенсий за это.. Эта ситуация меняется, когда, в связи с постановлением ЦИК и СНК СССР от 13 января 1930 г. «О льго- тах бывшим красногвардейцам и красным партизанам», при Президиумах районных Советов были сформи- рованы Комиссии по делам бывших красногвардейцев и красных партизан, одной из основных задач кото- рых была выдача удостоверений, подтверждающих эти звания и на этом основании дающих право на полу- чение льгот. Именно эти комиссии, чаще именуемые просто «партизанскими», сыграли большую, хотя и очень неоднозначную роль в выявлении и учете красных партизан. Партизанскими комиссиями осуществ- лялся отбор достойных звания бывших красных партизан, в соответствии с рекомендованными ЦИК СССР и конкретизированными на местах критериями, учитывающими не только боевое прошлое, но и обстоятель- ства, характеризующие послевоенную деятельность претендующих на эти звания лиц. Наконец, именно они выступали субъектами выдвижения бывших красных партизан, давая характеристики и рекомендации отно- сительно возможности их использования на работе низового, районного или краевого уровня. Таблица 1: 34. Тайшетский район:  всего — 137 рабочие 36 колхозники  18 единоличники крестьяне -бедняки 31  единоличники середняки 21; единоличники зажиточные  * ; служащие 30; партийность 35/12; беспартийные 90; грамотные 82малограмотные  36 ннеграмотные19.

44 Шиткинский район:  147 2 81 24 35 * 4 5/16 * 131 * *

Не менее важным, чем получение звания бывшего красного партизана, было сохранение его в ходе про- водимых регулярно с 1931 г. чисток. Процент «вычищаемых» в их результате был достаточно велик.

До начала проведения проверок общее количество бывших красногвардейцев и красных партизан по Во- сточно-Сибирскому краю составляло 20 918 человек [2, д. 303, л. 8]. При этом, если до проверки по 12 райо- нам числилось 6335 человек, в результате проверки осталось только 3997, таким образом, 2338 человек, т.е. почти 37%, было отсеяно в качестве «лжепартизан и лжекрасногвардейцев». Тем не менее, в пределах Во- сточно-Сибирского края в начале 30-х годов часть бывших красных партизан еще уверенно сохраняла при- обретенные в 20-е годы позиции во властных структурах [Там же, л

Выдвижение бывших партизан на советсукую  работу в 1932-1933 гг:   Тайшетский 137 рабочие, 36 колхозники 18 единочники всего партизан абсолютно (137 )  % к населению не известен  — ; выдвинуто на сельскую сов.работу 12; на районную  15;  это всего 19,7%; Шиткинский район — Шиткинский 147 — 2 1 2,0; по области 5%, всего в области партизан 7391 (из 11989 по таблице 1)

  Сложности возникали и в случаях выдвижения бывших красных партизан в состав высших органов госу- дарственной власти. Очень болезненно воспринимались случаи выдвижений лиц, по мнению самих красных партизан, не заслуживающих этого, не обладавших должным авторитетом в среде собратьев по оружию. Это оценивалось как травля заслужанных людей и каралось арестами ОГПУ

Проводившиеся в начале 30-х годов чистки партизан и акции ОГПУ дали заметные результаты. Участ- ники гражданской войны, прошедшие чистки 1931-1934 гг., были «классово выдержаны» и позиционирова- лись в качестве опоры установившегося режима. Это представление стало основанием формирования мифа о массовой поддержке бывшими красными партизанами авторитарного режима, выдержанном классовом составе и верности сталинской идеологии.

После XVII съезда, на котором был сделан вывод о построении фундамента социалистического общества в СССР, ВКП(б) уже не видит необходимости использования в качестве союзников и, соответственно, со- хранения особого положения различных категорий лиц, имевших несомненные заслуги в деле установления и защиты Советской власти в годы революции и гражданской войны, чья лояльность в отношении генераль- ной линии партии начинала вызывать все большие сомнения. Последней каплей, давшей повод к радикаль- ному разрешению этой ситуации, стало убийство С. М. Кирова. В результате, в мае — июне 1935 г. были лик- видированы Общества старых большевиков и бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев, а 15 августа того же года – и Комиссии по делам бывших красногвардейцев и бывших партизан

…..

В Иркутске причастность к этой организации вменялась в вину уже не только бывшим красным партизанам, но и всему краевому руководству: первому и вторым секретарями крайкома ВКП(б) М. О. Разумову и С. П. Кор- шунову, Я. З. Пахомову, бывшему председателю Восточно-Сибирского крайисполкома и его заместителю А. И. Пондеку. По этому же делу были привлечены бывшие партизаны: Е. Д. Зверев, председатель краевого Со- вета ОСОАВИАХИМа; В. С. Жидовкин, бывший секретарь краевой партизанской комиссии; И. Л. Федоров, сек- ретарь Нижнеудинского комитета ВКП(б); М. И. Бородин, бывший член правительства ДВР, и многие другие.

УСТНАЯ ИСТОРИЯ:  Имеются и противники устной истории, утверждающие  » нет документов — нет истории». Путем интервьирования, но мы не видим (не во всех записях этот путь прослеживается, так как имеющиеся записи это уже переработка записей непосредственных интервью.

   О чем и как спрашивал Адольф Юрьевич нам не видно, И записи похожи на единый рассказ интервьируемых. Только в некоторых записях  зафиксированы вопросы интерьюратора — Черневского,  но они не позволяют увидеть мастерство использования интервью как метода..???

Да и вопрос  тоже отредактирован позже самим Черневским явно видно это.

Воспоминания по прошествию более 40 — 50 лет. Как известно, это накладывает определеный отпечаток на воспоминания — …… Это уже воспминания  о своих воспоминаниях.

Воспоминания  разных людей о конкретных событиях противоречат друг другу, но и дополняют картинку прошлого.

Интервьируемые плохо представляют единую картину партизанской борьбы.

Эта борьба действительно носила массовый характер на территории волостей, составивших в будущем единый Тайшетский район.  Общее количество участников партизанского движения (добровольцев разных месяцев борьбы, мобилизованные в партизаны, содействовавшие партизанам) по воспоминаниям (иных списков нет, вероятно, они в архиве ЦДНИИО )……при численности населения Конторской, Шелаевской, Червянской,…волостей .

При статистическое исследовани — при  подсчете следует учесть  продолжительность ппартизанской борьбы.  и   что участие многих людей в партизанской борьбе носили   кратковременный характер, люди приходили в отряды и уходили по прошествию нескольких дней, месяуев. Например, в наступлении на ст.Тайшет участвовали мобилизованные , которые после неудачи в этом действии просто разошлись по домам и продолжили заниматься свои хозяйством. Такова особенность партизанской формы вооруженной борьбы.

Сколько уществовал Шиткинский фронт? какие периоды его можно выделисть?

Периодизация:

— подготовительный период — агитация:  началась вероятно после свержения Сов власти в результате белочешского мятежа — лето 1918 г. — лето 1919 г.; вторая пол 1919 г —  начало 1920 ( Партизанское движение в Сибири во время гражданской войны. Сибирская заимка)
Периодизация Шиткинского фронта:  отличается, свергли сов власть чехи лето 1918 г., Кепул пишет что Совет сам распустился, никто его не свергал, говорит о каком-то безвластии до сентября — в сентябре по просьбе чехов передал лично дела Лосинскому и Мункину. И пишет:          «Подпольное бюро РСДРП (б) в сентябре на конспиративном заседании приняло обращение к депутатам Совета с призывом – вести среди населения разъяснительную работу по необходимости организации отпора контрреволюции»    Так ли это было?   в октябре прибыл в д.Зачречную под Шиткой и начали якобы вести агитацию. В ноябре в Заречной появляется Бич его привез Свенский к Кепулу.

— организационно- практический период восстание    Начало — Нов ночь с 1 на 2 февраля 1919 г. я и Тис или март ? получили через связного сообщение от Добжинского , что колчаковцы пронюхали о готовящемся восстании и очевидно знали дату намеченного восстания, и что из Тайшета выходит карательный отряд под командованием начальника милиции эсера Галошина в количестве 50 человек милиционеров и солдат. Медлить было нельзя и мы решили сразу выступить в Шиткино, отправились ночью и пришли утром в Шиткино в количестве 13 человек (я, Тис, Степанченко и 10 выше указанных крестьян-фронтовиков). 

В тот же день, вечером на собрании всех прибывших отрядов был избран штаб и дано название фронту, который мы решили открыть. В штаб вошли (Военно-революционный штаб Шиткинского фронта): Богданович (Волгин) председатель, Бич (Таежный), Кепул (Кудрявый), Кочергин Евдоким (Турников), Криволуцкий Прокопий (…..), Москвитин Константин (Зверев), Лефантьев (,,,), Половинкин (Воронин) и Бельницкий Перфирий

Периодизация   Лифантьев очерк Рождение фронта «Комм.путь» окт.1978 г. Чунская газета: но он выделяет этапы, а не периоды.

Этапы: 25 февр -10 июня 1919; с 10 июня по 1 сент; с 1 сент – 31 янв 1920 Но дает только характеристику первого этапа и все. В его статье нет характеристик других этапов. Да и кто это — Лифантьев И.???  

25 фев. 1919 г. -10 июня 1919 г. — нет объяснения таких хр.рамок этапа, начальной и конечной даты. 25 февраля — последнее заседание инициатив.группы по подготовке восстания. А не лучше ли тогда взять дату восстания — первый бой в Шиткино — 2 марта 1919 г. Хотя есть у разных авторов разноглассия по этой дате. Кепул в воспоминания не помнит фераль 2 и 2 марта.

Вопрос  точности записи текста интерьвю  —  он не пользовался диктофоном магнитофоном.


[1] Гражданская война на территории Тайшетского района. Вестник районного краеведческого музея №2, 2014 г.

[2] Гудошников М. Сибирь. Историческая хрестоматия. — Москва — Иркутск: Восточно-Сибирское краевое гос.издательство, 1932 г.

[3] «Партизанское движение в Сибири. Том 1. Приенисейский край.»,  под редакцией В.В.Максакова,: Государственное издательство, Москва — Ленинград, 1925 г.

[4] Годы огневые, годы боевые. Сб.воспоминаний, составители Вендрих Г.А., Ш….., — Иркутск: Иркутское кн. издательство, 1971 г.

[5] «Документы героической борьбы. Сборник документальных материалов , посвященных борьбе с иностранной интервенцией и внутренней контрреволюции на территории Енисейской губернии (1918 — 1920 гг.), Красноярск: Красноярское книжное издательство, 1959 г.

[6] Борьба за власть Советов в Иркутской губернии. (1918-1920 гг.) [Текст] : Партизанское движение в Приангарье : Сборник документов / Сост.: 3. Т. Тагаров, А. П. Мещерский ; Сост. О. Г. Троицкая, А. К. Потапова. — Иркутск : Кн. изд-во, 1959.

[7] Как мы боролись за власть Советов в Иркутской губернии (воспоминания активных участников Великой Октябрьской социалистической революции). Сост.Г.А. Вендрих — Иркутское книжное издательство, 1957 г.

[8] Криволуцкий П.Д. Шиткинские партизаны. Испарт при Восточно-Сибирском крайкоме ВКПб.: — М.-Ирк.,: Восточно-Сибирское краевое издательство, 1934 г.

[9] Черневский А.Ю. К 55-летию Шиткинского восстания против Колчака. Новоакульшетцы.//Заря коммунизма, 11.01.1974 г.

[10]   Государственный архив новейшей истории Иркутской области Электронный ресурс. tulunadm.ru.  20.11.2017 г.

[11] Метелкина Л.Н. Бывшие красные партизаны как ресурс региональной элиты (на примере Восточной Сибири первой половины 1930 -х годов). Электронный ресурс.  scjournal.ru. 16.11.2017 г.

[12] Партизанское движение  в Сибири.  Сб.докум. Центрархив ,   Москва, 1925 г., – Ленинград, Т.1. Приенисейский край.

[13] ЦДНИИО. Апанович Д.А. О подготовке и проведении партизанского съезда в с.Абан и восстании в 1918 г. Ф.300, оп 1, д.550 (номер фонда указан по описи Архива Иркутского ОК КПСС

[14] ЦДНИИО Антонов История партизанского движения в Неванской, Баерской и Червянской волостях Канского уезда Енисейской губернии. Дополнение к рукописи П.Д. Криволуцкого «Шиткинские партизаны» на 30 листах, Ф.300, д.749, д.661, 740 оп.1.

[15]  Там же. Верченко И.В. Воспоминания об организации и деятельности Шиткинского фронта. Личные документы автора» от 10.XII.1936 г. на 27 листах, 1918-1920,  Ф.300, оп.1, д.622, 242.

[16] 165 интервьюируемых, но их воспоминания записаны как фрагменты в воспоминаниях  других людей ,   называемые Черневским А.Ю. групповыми  беседами — интервью

[17] Текст песни Баранова И. Интернет-ресурс: pesenok.ru

[1] 165 интервьюируемых, но их воспоминания записаны как фрагменты в воспоминаниях  других людей ,   называемые Черневским А.Ю. групповыми  беседами — интервью

Перечень планов и схем находящихся в амбарных книгах №№     Черневского А.Ю.

 2,196 всего просмотров,  4 просмотров сегодня

Добавить комментарий